Церковь Сент-Эсташ (Eglise Saint-Eustache, в русских текстах часто - церковь святого Евстафия) была ещё одним из объектов, намеченных мной в Москве для обязательного просмотра. См. предыдущие статьи:
Общее впечатление
Башня Сен-Жак

Церковь расположенна рядом с Форумом-дез-Аль (фото слева), и это не случайно. Сам Форум - торговый центр с 4-мя этажами вниз - находится на месте огромного продуктового рынка, с лёгкой руки Золя получившего название "чрева Парижа". Так что основными спонсорами и прихожанами церкви долгое время были именно торговцы. При этом разные торговые гильдии имели в ней собственные капеллы.

Церковь была настолько популярна, что стала своей и для тысяч парижан, не имевших к торговле никакого отношения. Обилие известных имён, в биографии которых прописана Сент-Эсташ, поражает воображение. В ней крестили: Ришелье, Мольера и мадам де Помпадур. В церкви отпевали: Лафонтена, Кольбера, Мольера, Мирабо, Рамо и поэта Вуатюра. Статую Кольбера (сюринтендата при Людовике XIV, автора экономической теории меркантелизма) и бюсты композиторов Рамо и Листа можно увидеть внутри церкви. Я их не видел, т.к. приехал слишком рано и внутрь не попал. Мне так хотелось увидеть святого Евстафия, что именно с неё мы начали собственное (без экскурсоводов) изучение Парижа.
( Если интересно, читайте дальше здесь )

Люди
Первое, что бросается в глаза, - этническая и расовая пестрота Парижа. Я знал об этом из статей и рассказов других людей, так что удивлён не был, но увидеть - не то же самое, что услышать. Судя по тому, что в городе встречаются смешанные по цвету кожи влюбённые пары, смешанные бригады полицейских и коллективы продавщиц в престижных бутиках, возникает ощущение, что темнокожая часть населения Франции находится в равноправном положении, причём не только де-юре, но и де-факто. Хотя в целом, как мне показалось, темнокожий парижанин живёт беднее среднестатистического. Чтобы это почувствовать, достаточно посмотреть, кто работает на стройках и ремонте дорог, кто роется в баках с одеждой на монмартровских распродажах "всё за 6 евро", кто ездит на метро, а кто на престижных машинах.

Я стеснялся фотографировать людей, вторгаться в их жизнь, но если бы не стеснялся, то сфотографировал бы молодых женщин, несущих совсем ещё грудных детей в рюкзаках на животе с прорезями для торчащих ручек и ножек, беременную девушку-негритянку с ребёнком, удерживаемом на спине каким-то широким платком, гордо несущую голову чернокожую женщину в пёстрой африканской одежде, женщин-мусульманок, явно туристок, укутанных так, что закрыты даже лоб, щёки и подбородок, но фотографирующих христианский Сакре-Кёр цифровыми аппаратами. Было в этом что-то сюрреалистичное.

В целом парижане - улыбчивы и благожелательны. Если я заходил в магазин или кафе и говорил "бонжур", давая при этом жестикуляцией понять, что это единственное слово, которое я могу произвнести по-французски, они нередко пытались перейти на английский. Другое дело, что этот английский чаще всего был таким, что я даже не догадывался, что собеседник сменил язык. Спасала дочка, которая несколько лет изучала французский язык.

На парижских улицах много мусора, но мало пыли. Последннее связано с продуманной системой стока вод по мостовым. Собственно, омывание водой является и основным способом очистки улиц от мусора и нечистот. Нечистоты создаются собаками, которых в Париже выгуливают всюду, где это возможно, при этом, разумеется. за ними совершенно не убирают. Кроме любителей собак в сквериках по утрам можно увидеть бегающих людей и людей, одиночно занимающихся чем-то типа ушу. Они медленно совершают почти танцевальные движения руками и ногами, ни на кого не обращая внимания.

В городе много бомжей. Днём их почти не видно, но к 6-7 часам вечера они активизируются и начинают занимать свои места на тротуарах. Утром некоторые из попрошаек ведут себя довольно агрессивно по отношению к прохожим. Но это скорее исключение. Когда я заходил в церковь Сен-Жермен-де-Пре (о ней ещё надеюсь написать), то слышал диалог двух нищих у двери на русском языке. Один из них объяснял другому, какой нужно принимать вид, чтобы эти французы (тут он проводил меня взгдядом) кидали деньги. Меня так и подмывало схохмить, что для этого надо говорить "же не манж па сиз жур", но я сдержался, не хотелось выходить из образа жлоба-француза.
( Если интересно, читайте дальше здесь )